Category: музыка

Category was added automatically. Read all entries about "музыка".

Piano

АРТ-ДИАЛОГ: специалист по новейшим технологиям в музыке

В Москве было много интересного. В том числе моё интервью на радио. Можно послушать немного моей музыки.
https://russkiymir.ru/media/radio2/programs/all/240020/?_utl_t=lj АРТ-ДИАЛОГ: специалист по новейшим технологиям в музыке
Buy for 1 000 tokens
Buy promo for minimal price.
Piano

Что из себя представляет классический музыкант? Что нужно знать о музыкантах?


"Да что ты всё носишься с этими музыкантами? Что в них такого особенного? Ничего ведь особенного нет. Ну, играют на своих инструментах, ну и что? Есть профессии поважнее" что-то в таком духе, раздражённо спросила у меня недавно кто-то из знакомых не музыкантов. И я подумала, что очень важно написать об этом. Чтобы объяснить не ей (это всё равно бесполезно), а всем.

Музыканты. Классические музыканты (я не имею в виду других) это не люди. Музыканты это титаны. Как у древних греков: полу- люди и полу- боги. Сейчас я постараюсь сформулировать этот опасный тезис, а вы подождите возмущаться и упрекать меня в идеализме.

Дело в том, жизнь музыканта посвящена ежедневному самосовершенствованию, росту над собой и улучшению себя по сравнению с собой вчерашним, что уже свойственно очень малому проценту людей. И научен музыкант внутренне тянуться к совершенству с очень раннего, практически ещё бессознательного детства.

И я сейчас говорю даже не о поразительной физической силе, выносливости, быстроте реакций, координации сложнейших последовательностей действий и самоконтроле.

И не о том, что с детства музыкантов учат быть глухими к своим плохим сомочувствиям и состояниям, а вопреки любой болезни, тошноте и температуре постараться сыграть максимально совершенно, на что ты способен на данный момент (и так потом всю оставшуюся жизнь).

Я имею в виду хотя бы тот факт, что ежедневно работая с шедеврами высочайшего духа великих композиторов, музыкант духовно очищается. Когда ты погружён в диалог с великим композитором и работаешь над его сочинением, от твоей души отваливается весь тот мусор и та грязь, которые ты мог подцепить в обычной жизни, и который у других людей накапливается, складируется, спрессовывается, цементируется и становится неотъемлемой частью характера, мироощущения, написан на физиономии и читается в глазах.

Посмотрите в глаза музыкантам.

Вы встретите чистый взгляд, каким бы умным, опытным не был этот человек, и какие бы ужасы, испытания, потрясения и разочарования он в своей жизни не пережил.

К ним не прилипает зло.

Да, они не святые. Они могут разозлиться, возненавидеть, напакостить, устроить интригу и кого-нибудь у кого-нибудь отбить. Но это всё отдельные эпизоды. Потом он сядет учить Баха или писать симфонию, и душа его вернётся на место.

Занимаясь каждый день музыкой, они очищаются полнее и глубже, чем если бы каждый день, условно говоря, причащались.

Музыкантам не свойственна мания величия. Они скромны по сути своей. Поскольку профессия хрупкая и скользкая, и каждый чувствует свою уязвимость. Я никогда не забуду ответ одного феноменального музыканта, славящегося совершенством своей работы на мой вопрос, как прошёл его концерт: "Местами было ничего".

Если музыкант вам кажется высокомерным, то знайте, что это просто застенчивость.

Музыканты очень тонко чувствуют. В российской (я не говорю о других) системах обучения, с самых первых шагов, их учат передавать слушателю музыкой то или иное состояние души. Моя мама говорила крохотному ученику в минорной вариации на песенку "Жили у бабуси": "А теперь представь себе, что гусь заболел". И малыш, со скорбным личиком, еле сдерживая слёзы играл о заболевшем гусе, то ли жалея гуся, то ли жалуясь от его имени.

В случае с моими учениками это была заблудившаяся в лесу белочка, но тоже триллер.

И это тонкое чувствование делает их ранимыми и уязвимыми в быту и в обычной жизни. Музыканту всё больнее, у него нет кожи, он весь состоит из оголённых нервных окончаний,  поэтому он острее чувствует и влюблённость и обиду и разочарование и тоску и надежду и счастливые моменты.

И когда Вы приходите на концерт музыкантов, с ВЫКЛЮЧЕННЫМ телефоном в кармане: пожалуйста, я очень прошу Вас лично, от лица всей профессии, выключите ваш телефон вообще! Даже президент республики перезвонит Вам через час и вы ничего не потеряете.

Так вот, сидя в кресле с выключенным телефоном в кармане, просто расслабьтесь и отдайтесь музыке, как потоку воды. Погрузитесь в неё как в аквариум и доверьтесь. Неизвестно, что с Вами будет происходить в этот момент: может быть Вы вспомните своё раннее детство или первую любовь, может быть вы погрузитесь в тяжёлую дремоту и пять раз заснёте и проснётесь- никто не знает, как Ваша психика, нервная система и глубины подсознания отреагируют на живую энергию музыкантов. Но когда после концерта Вы посмотрите на себя в зеркало, Вы себя не узнаете: Ваши глаза будут сиять и Вы будете выглядеть гораздо моложе. Вам будет легче на душе и ночью Вам приснятся совсем не те сны, что обычно, и проснётесь Вы с новыми идеями. Поэтому обязательно ходите почаще на живительные концерты классических музыкантов. И, пожалуйста, делайте это с выключенным телефоном.

Я могу сейчас написать километр текста о том, почему мои любимые, драгоценные музыканты не люди, а титаны, но мне пора заниматься.

Обнимаю вас всех. Здоровья вам, вдохновения, понимающих близких, удачи во всём, побольше хороших и поменьше плохих людей на вашем пути, а к этому тексту я ещё вернусь.


Piano

Творчество, сотворчество и любовь.

Оригинал взят у elegantchikova в Творчество, сотворчество и любовь.
Я не знаю, что вы вкладываете в понятие "творчество", но для меня это такой совершенно естественный процесс общения с внешним миром, когда какое-то внешнее впечатление наталкивает тебя на идею что-то сделать (что-то видимое, слышимое и осязаемое) и ты это делаешь. Ну и конечно интереснее всего делать вместе с близкими и любимыми людьми.

Творчество- это созидание в игровой форме. Когда сначала интересно и весело всем участникам, а потом зрителям. Если что-то получается удачно, то люди даже предпочитают находиться в твоём пространстве, а не в своём.
Ой, я , наверное путано обьясняю, но вы понимаете, что я имею в виду, да?

Я вот сейчас поняла, что просто так сложилось, что иначе я с людьми общаться и не умею.

Моя жизнь вообще сначала началась с того, что мама готовилась к диплому в классе Ростроповича, который требовал, чтобы какой-нибудь концерт или соната в трёх частях, заданная во вторник, в пятницу приносилась наизусть, идеально технически и в темпах. Поскольку без публики и внимания он скучал, то на уроке сидели не только его студенты, но вообще пол-консерватории. Поэтому ученики занимались......ну, пока не выучится и занимались. Т.е часов по 16 в день легко.

Ну, а поскольку на дипломном курсе мама меня затеяла, то я сидела в животе, виолончель, соответственно лежала прямо на мне, звучала (а у матушки звук был мощный) и вибрировала.
Вы можете себе представить, чтобы все 9 месяцев у тебя на загривке пролежала звучащая виолончель? По сравнению с этим, модные сейчас похлопывания по животу беременных женщин с фразой "бэбик, куку!" это фигня.
Мама говорила, что при фальшивой ноте, я давала пинка ногой. Не помню, но возможно.

Вот.
Когда я родилась, то квартиру у семьи папа-мама-бабушка и дедушка, в доме на Ордынке, реквизировали в пользование какому-то посольству, а им дали отдельную квартиру в Тушино.
Папа и мама уезжали на работу утром и возвращались поздно вечером, дедушка всегда снимался на Мосфильме и ребёнка пасла бабушка.
А бабушка моя была театральным режиссёром, поэтому в её понимании "пасти" это было разрешить сидеть на репетициях при условии, что не будешь привлекать к себе внимание. Т.е. не только там не капризничать или просить водички, а вообще тише воды, ниже травы. А то выгонят из зала на улицу гулять с каким-нибудь актёром на роли "шум падающего тела за сценой". Молодёжь меня иногда действительно выгуливала, но в зале было интереснее.
Кстати, мама в раннем детстве тоже выросла за кулисами. У неё же ещё и бабушка пела в Большом театре.

Ну а папа с мамой иногда, если я ещё не спала, читали мне на ночь "муху-цокотуху", наивные.

Однажды пришли гости, родители поставили меня на стул и попросили прочитать стишок, в полной уверенности, что сейчас раздастся :"мука-мука-покакука-понанука-бука".
-Мужчины- произнесла я бабушкиным контральто - я могу законно принять участие в Вашем споре. Мне право голоса не нужно, у Женщины есть право Стона!!!!"
И далее по тексту весь монолог Лауренсии, над которым бабушка колотилась с какой-то бездарной актрисой, со всеми взлётами и провалами интонаций. Представляю себе зрелище вообще.

Дальше я в первый раз попала на мамин концерт. Это было в музее Наполеона в Гаване, на Кубе уже.
Боооже! Свет, сцена, мама в алом концертном платье, музыка, публика, аплодисменты!!!! И мама в сто раз красивее, чем вне сцены.
Я сразу решила, что хочу оказаться там, на сцене, на мамином месте (ни бабушкин театр, ни дедушкино кино почему-то совершенно не привлекали. Т.е; абсолютно. А тут сразу восторг и жалание там быть).
"Ты что, старуха, ребёнка в ящик?!?",_ откомментировал ситуацию другой виолончелист и мама решила, что действительно, виолончель всю жизнь таскать -это каторга, а вот рояль- это самый лучший инструмент.

В результате я потом всё равно таскала на себе её виолончель по всем гастролям.

Я опускаю подробности, но с 17 лет мама взяла меня работать с ней дуэтом, а поскольку она была солисткой Союзконцерта, то гастроли, репетиции, переезды, осматривание достопримечательностей в новом городе в свободные пару часов....... всё это совершенно не оставляло места для конфликта отцов и детей.





Идёшь с человеком в одной упряжке, а раз это твоя мама, то можно полностью доверять.

У меня много виолончельной музыки, которую она записывала, заодно она сделала поэтический перевод одной французской пьесы для моей оперы, а я её до сих пор не написала. Зато остались записи, как она читает либретто вслух и как мы обсуждаем характеры и взаимоотношения персонажей.
Система Станиславского- это же было наше с ней самое первое, дошкольное образование.

Это мы так отдыхали на даче после моего поступления на первый курс.

Когда привыкаешь общаться в таком режиме, то попытки пожить с красивым, любящим, но нетворческим и скучным человеком приводили к глубокой тоске.

Короче говоря, не буду вас утомлять всякими воспоминаниями, но просто так сложилась, что я умею общаться, только делая с человеком вместе что-то очень интересное и творческое. И желательно вообще вокруг рояля. Но можно ещё смотреть интересные постановки и вернисажи, слушать музыку, обсуждать, придумывать новые проекты, вместе играть или репетировать........ Для меня самое сильное проявление симпатии к человеку, это сочинить музыку на его стихи или для его инсталляции или хореографии или фильма, или сочинить что-то для исполнителя, от игры которого я загорелась и вдохновилась. Это значит, что я человека приняла, доверяю ему, мне с ним интересно и хочется что-то для него сделать, как-то эти чувства проявить.

А вот просто общаться, ну там просто сидеть в ресторане, когда ни я ему ни он мне никакой интересный проект рассказать не может, просто гулять на природе или общаться, просто тупо на бытовом уровне я совершенно не умею. Мне скучно до зубовного скрежета. Я умею только сотворчеством с людьми заниматься, в разных областях и на разных уровнях. У нас даже с мамой, когда я чуть чуть подросла, утро начиналось с разговоров за завтраком, какой сценарий придумать к сонате Гайдна, чтобы интереснее слушалось, чем отличается исполнение концерта Сен-Санса Жаклин дю Пре от Даниила Шафрана, на какую выставку в Пушкинский музей мы сейчас пойдём и что мы сейчас будем вместе учить.

Быт был, конечно, но на автопилоте и никто с ним не заморачивался. Если надо было помыть окна, то говорили, моя окна о Цветаевой или папе Моцарта.
Ну просто так же интересно жить, а иначе жить я совершенно не умею и развелась я от скуки.
Я не могу жить с человеком, который говорит о деньгах, мусорном ведре, сольдах и пятне на ковре, на этом сосредоточен, излучает по этому поводу сильные негативные эмоции, и совершенно не слушает, когда пытаешься поделиться новой идеей оперы. Я чахну.

Вот идеальный брак в моём представлении это Плесецкая и Щедрин, Ростропович и Вишневская, Святослав Рихтер и Нина Дорлиак, Орлова и Александров, Жаклин Дю Пре и Даниель Баренбойм, Таиров и Коонен, Максимова и Васильев, Ларионов и Гончарова ......вот как-то так. Они же постоянно вместе творили и им всегда было вместе интересно.

Только я не знаю, кто может быть парой женщине- композитору. Совершенно не представляю.
Другой композитор- точно нет. Исполнитель? Вряд ли.......... вокалист? Жамэ. Как-то Прокофьев и Лина это было тяжело.

Вообще Сергей Васильевич Рахманинов говорил, что идеальная жена для композитора- это та, которая говорит ему о том, что он- гений три раза в день: за завтраком, за обедом и за ужином.
А идеальный муж для композитора это как?
Вот и я не знаю :(((((((







Piano

Quel est le phénomène de Luca Debargue. В чём состоит феномен Люка Дебарга?



Publié dans Belcanto/ Опубликовано в Бельканто



Освободить в парижской суете бесконечных премьер и вернисажей, целый вечер на концерт пианиста было непросто, но меня мотивировало желание разобраться в двух вопросах: почему у женской и мужской половины московских пианистов, слышавших Люка Дебарга на Конкурсе Чайковского, столь полярные мнения, и какими особенностями он отличается от других пианистов, чем выделяется.

— Я иду на Дебарга, — радостно сообщила я одному мужчине-пианисту, — Он сыграет си-минорную сонату Листа!

— Не сыграет, — мрачно парировал собеседник.

— Почему?

— Потому что нечем.

При этом с женской половины доносятся восторженные вопли и грохот падающих в обморок тел. Такое полярное отношение, хотя и на той, и на другой стороне находятся пианисты-профессионалы с консерваторскими дипломами. Надо было вникнуть и проанализировать это противоречие.

В трансляциях я Дебарга не слышала, поскольку то ли мой предыдущий компьютер, то ли провайдер, то ли оба, не вытягивали видео в реальном времени, и я довольствовалась отзывами, подогревающими любопытство. Да и вообще, я всегда предпочитаю доверять впечатлениям исключительно от живого исполнения, а не от записей, в которых никогда не знаешь, какой компонент потеряется.

Но что было точно понятно: московская публика выбрала именно Дебарга на ежеконкурсное амплуа «гениального иностранца», которое началось с Клиберна и без которого очередной конкурс Чайковского рискует не стать интересным событием.

Как всех московских детей-пианистов, меня с пелёнок таскали на всё конкурсы Чайковского, и я каждый раз заново поражалась безудержному обожанию, обрушивающемуся на голову очередного заезжего гусара и той скоростью, с которой этот энтузиазм гас, ещё не успев дожить до следующего конкурса. Где-то в глубинах моего детства толпы поклонниц с цветами кидались под колёса Питеру Донохоу, выделявшемуся тем, что вместо фортепианного репертуара он играл транскрипции симфоний Бетховена, чем снискал себе загадочно-возвышенную репутацию. Кто сейчас будет заваливать его цветами? А ведь он ничем не стал хуже, чем тогда.

Единственным полезным эффектом от ежеконкурсной истерии вокруг отдельно взятого пианиста становится стабильность его карьеры и гонораров на его родине, поскольку все знают, что Россия — это Мекка пианизма, и раз уж сами русские так восторгаются, значит есть чем. Вот и в биографии Дебарга львиную долю текста занимает рассказ о его успехе в России. За его будущее можно уже не беспокоиться.

К концерту Дебарга я готовилась серьёзно: чтобы точно понять, чем его исполнение «Ночного Гаспара» Равеля и си-минорной сонаты Листа отличается от других, я этих других самым внимательным образом прослушала с нотами в руках. Если Равелю это никак не навредило, то с Листом лучше бы я этого не делала, поскольку переоригинальничать и переинтересничать Женю Кисина и Марту Аргерих практически нереально, а вот не догнать — легко.

Но разберёмся по порядку.

Концерт в фонде Луи Виттона начался с четырёх сонаток Скарлатти, в которых кроме нескольких мелизмов, играть практически нечего. И тут-то и проявилась главная особенность Дебарга. Помните, как в романе «Три товарища», Ремарк пишет, что «Женщина должна уметь создать атмосферу»? Вот именно это он и умеет делать. Не обращая никакого внимания на стилистические критерии эпохи, в которую произведение написано, он прямо обращается к тому настроению, которое здесь можно создать, создаёт его и удерживает в нём слушателя столько времени, что тот погружается в транс. Причём арсенал разных «состояний» у него достаточно разнообразный, и погружаться то в одно, то в другое достаточно интересно и приятно.

Дальше последовал «Ночной Гаспар» Равеля. Здесь французскому пианисту и все карты в руки. Если для русских пианистов Равель слишком мутен и расплывчат, и даже когда они его играют, то не всегда уверены, что делают то, что нужно, для французского уха, менталитета и темперамента, Равель очень органичен, и я никогда ещё не слышала, чтобы кто-нибудь из французов его плохо играл или публика скучала. Это их стихия. Запись «Ночного Гаспара» в исполнении Дебарга висит в Ютьюбе и вы сами можете послушать. Это тонко, интересно, органично и убедительно. Можно с удовольствием переслушивать, растворяться и воспарять.





И тут наступает очередь си-минорной сонаты Листа. Наш коллега Дебарга недооценил: он всё-таки сыграл, дожал и дожил до последнего такта. Надо понимать, что, кроме вышеперечисленных достоинств, у него ещё есть очень сильные волевые качества, умение концентрироваться и держать себя в руках. Но дело в том, что в сонате Листа есть две стихии: одна прозрачно-лирическо-философская, а вторая — страстно-темпераментная и, извините, виртуозная. Лист позиционировал себя в парижских салонах, в которых виртуозы соревновались между собой, как самого мощного победителя. Это правила игры. Виртуозу всё легко. Послушайте, например, Горовица. Виртуозная игра — это «бурный поток».

В тех местах, в которых можно растворяться, переливаться тембрами и оттенками, Дебарг это делает с наслаждением, увлекая за собой и погружая слушателя. Но как только начинается страстная виртуозная стихия, ему сразу становится трудно играть: плечи задираются к ушам, локти притискиваются к бокам, лицо искажается мучительной гримасой, а левая нога болтается в воздухе. Видно как мышцы зажаты, и человек волевым усилием, через боль, преодолевает огромные трудности, про которые никто не сказал, что их в тексте нет — они есть. Но виртуозы с ними справляются легко.

Кроме того, звучание должно раскрываться огромной мощной волной цунами. Этого уровня звучания у Дебарга просто нет, его максимум — меццо-пиано или совсем маленькое форте. Это видно, это слышно и с этим глупо спорить. Вполне возможно, что технический аппарат француза ещё дозреет, учитывая его огромное трудолюбие. В спортзалы тоже приходят хилые юноши и становятся в конце концов культуристами. Но на сегодняшний день Люка Дебарг вытягивает и выволакивает это произведение, что называется «на бровях».

Тут есть два варианта: либо учить, пока не дозреет, либо держаться своего репертуара. Когда он заиграл на бис Баркароллу Форе, всё опять встало на свои места.

Так что для себя я поняла, чем Дебарг нравится, чему у него можно поучиться. Во всяком случае слушать его интересно: он знает, о чём конкретно играет и умеет обаять и увлечь своими идеями публику.

Алёна Ганчикова, Париж

Piano

О моих видео каналах



Интернет, а с ним и мир, в нашу эпоху меняются столь стремительно, что я почувствовала, что пора кардинально менять концепт моих видеоканалов.
Так же, как раньше я это проделала с ЖЖ.
До сего дня на моих каналах существовала какая-то подсознательная дискриминация русскоязычных зрителей: если с франкоязычными я общалась исключительно о высоких музыкальных материях, то почему-то русскоязычный блог моих истинных интересов и приоритетов вообще не отражал. Он делался по принципу светского общения: общаться с собеседником на интересующие ЕГО темы. Поэтому тематика была рассчитана на "широкую публику": мода, путешествия, парфюмерия, кухня. Но вчера я вдруг подумала, что мне надоело играть во все эти игры: если канал не отражает круг моих реальных интересов, а видео делаются на чужую тематику, то зачем он тогда нужен? И тогда я сделала несколько новых плейлистов: о личностном росте, о музыке, о прямых трансляциях. И мне сразу стало понятно, как сделать каналы действительно частью моей жизни и в каком направлении продолжать.
Может быт контингент публики изменится, но зато каналы станут реальным отражением моей личности.

А ещё я из ключевых слов к каналу убрала все теги, так или иначе намекающие на тематику "бьюти". Теперь жду, пока роботы Ютуба усвоят информацию и отцепят, наконец, от моего канала те бабские каналы, которые ему кажутся "похожими", по каким-то неведомым мне признакам; и чьё присутствие в списке не вызывает у меня ничего, кроме глухого раздражения.
Piano

Once again about love: L’elisir d’amore de Gaetano Donizetti à l'Opéra Bastille - 2- 25.11.2015


http://operanews.ru/15110209.html

Ещё раз про любовь

«Любовный напиток» в Парижской опере

«Любовный напиток» в Парижской опере
Оперный обозреватель
Эта постановка отвечает первоначальной задаче оперы, которую она решала во все периоды своего развития: радовать, создавать ощущения праздника, заставлять смеяться, плакать, сопереживать героям, радоваться хеппи-энду и выходить из театра, напевая запомнившиеся мелодии арий и хоров. Оперная постановка, доставляющая огромное удовольствие.
02 ноября 2015
1462 0

Эта знаменитая постановка Лорана Пелли уже много лет доставляет удовольствие любителям оперы, на этот раз парижан. На спектакле в Опере Бастилии побывала Елена Ганчикова.

«Любовный напиток» в Парижской опере
Фото: Vincent Pontet

«Трэ шарман!» — воскликнул мой сосед, французский оперный критик после спектакля, – ни убавить, ни прибавить! Всё именно так, как нужно. Полностью разделяю его мнение: сегодняшний «Любовный напиток» парижской Оперы Бастилии (копродукция с лондонским Ковент-Гарденом) в версии чудесного французского оперного режиссёра Лорана Пелливыдержан с редкими для современной оперной режиссуры вкусом и мерой. Прекрасный певческий состав был очень хорош и актёрски и вокально.






Но главное — всё было пронизано лёгким и изящным французским чувством юмора.





Исполнитель партии Неморино, Роберто Аланья для французов так же, как и Анна Нетребко для россиян, воплощает категорию оперного артиста, шагнувшего уже давно за рамки оперного мира. Невероятно привлекательный и притягательный как внешне, так и по человеческим качествам: открытый, доброжелательный и оптимистичный баловень судьбы и публики, он поёт так, будто его пение началось с первого крика после рождения и никогда не прекращалось - как птичка на ветке. Эту идею «натурального пения» он отражает и в своей биографии. Принято считать, что Аланья никогда не учился вокалу, а только некоторое время следовал советам кубинского джазового контрабасиста.

Фото: Vincent Pontet

Партию деревенского парня артист воплотил очень естественно и натурально - он непринуждённо двигается по сцене, ничем не зажат и не скован, его движения естественны: то он сидит на стуле, то валяется на сеновале, то приплясывает, то лежит на животе или держит руки в карманах. Но всё это выглядит абсолютно спонтанно и просто. Только в знаменитой арии-хите Una furtiva lagrima, которую он поёт уже годами, певец серьёзнеет, чтобы потом опять взорваться весельем.






Аланья — это тот артист, на которого публика даже далёкая от оперного искусства валит валом и срывает кассу задолго до премьеры.





И, честно говоря, откровенно наслаждаясь вчерашним спектаклем, я очень их понимаю.

Исполнительницей партии Адины в этой возобновлённой постановке предстала польская сопрано Александра Курзак. Эта певица - из обоймы сопран, постоянно занятых в театрах первого эшелона. Придраться в её пении почти не к чему, кроме некоторой жестковатости, проскальзывающей в каждом виртуозном месте. Но волевой характер для колоратур столь же необходим, как для канатоходцев. Такая жёсткость в звукоизвлечении бывает у певиц подобного плана, начинавших свою карьеру с партии Царици Ночи и привыкших напирать. Адина у неё получилась хваткая, зацепляющая железной рукой того мужика, который на данный момент перспективнее. В любовных сценах вместо нежности и романтизма были воля и напор. Но это вполне возможная трактовка персонажа — почему бы и нет.

Фото: Vincent Pontet

Глядя на ее пластику и сцендвижение нельзя было не вспомнить в этой постановке несколькими годами раньше Анну Нетребко, чья спонтанная и грациозная пластичность, мимика и жестикуляция уже стали для других певиц объектом для подражания и копирования. Эту тенденцию можно только приветствовать. Главное, чтобы сама российская примадонна не забывала о своих выигрышных сторонах и не уступала их другим.






Полный восторг у публики вызвал виртуознейший и мощнейший бас Амброджо Маэстри в роли Дулькамары,





с феерической лёгкостью и неизбывным юмором справлявшийся со всеми техническими наворотами партии и легко перекрывавший масштабами своего голоса коллег и оркестр. Потрясающий актёр и певец, за чьим творчеством захотелось следить повнимательнее. Он должен быть очень органичен в роли Фальстафа Верди – эта роль вчера постоянно вспоминалась и не случайно – Маэстри общепризнанный её исполнитель.

Фото: Vincent Pontet

Роскошный белькантовый баритон Марио Касси в партии Белькоре завершает блестящий ансамбль солистов этой постановки. Прекрасный певец, хорошо звучит, очень хорошо подходит на роль.

О Мелиссе Пети в роли Джанетты мало что можно сказать, поскольку в партии маловато материала, достаточного для той или иной оценки. Всё было благополучно и удачно, но в этой партии певице негде развернуться и показать себя со всех сторон.






Декорации Шанталь Тома были решены в простом современном ключе.





Вероятно, стиль костюмов можно датировать пятидесятыми-шестидесятыми годами нашего века. По диагонали по сцене ездят велосипеды, мотороллеры, машина и даже собачка бегает. Всё мило, непринуждённо, напоминает итальянские фильмы эпохи неореализма. В режиссуре ничто не раздражает и не отвлекает, она не навязчива, но всё продумано и поставлено до малейшей детали и подробности. И главное в этой постановке: искрящаяся и перелевающаяся, ритмичная и оптимистичная, пронизанная красивейшими мгновенно запоминающимися мелодиями музыка великого Доницетти.

Фото: Vincent Pontet

Такому ощущению способствовали и очень проворные танцевальные темпы, взятые дирижёром Донато Ренетти.






Эта постановка отвечает первоначальной задаче оперы, которую она решала во все периоды своего развития:





радовать, создавать ощущения праздника, заставлять смеяться, плакать, сопереживать героям, радоваться хеппи-энду и выходить из театра, напевая запомнившиеся мелодии арий и хоров. Оперная постановка, доставляющая огромное удовольствие.

Piano

Мой подкаст Аудио архивы семьи Ганчиковых.





У меня образовался гигантский аудио архив: всяческие интервью мамы с музыкантами, папины с политиками, мои с коллегами, мои впечатления о парижских постановках, предваряющие работу над статьями, которые гораздо темпераментнее, спонтаннее и непосредственнее готового печатного текста. Папа хотел в своё время это расшифровать и издать книгу, но если даже у него на это не хватило ни времени, ни сил, то где мне их взять с моими бесконечными идеями, проектами, профессиональной загруженноистью и непоседливостью? Подумав, я решила завести себе подкаст и заливать туда всё, что удастся отцифровать. А уж потом если кому-то захочется расшифровывать и публиковать в печатном виде, то ПРИ СОХРАНЕНИИ АВТОРСТВА, пожалуйста- договоримся. Чтоб потом не получилось как с Ксенакисом :) :) :) Так что дарю себе и вам на Рождество, новую игрушку от Алёны, которой мало блоггинга и влоггинга. Теперь ещё и подкасты. Всех цулу! ссылка на первый (пока пустой) здесь. Второй вывешу позже (я пока не знаю, где больше слушателей, поэтому буду дублировать). Есть ещё третий, но он не по-русски.

Аудио архивы семьи Ганчиковых. О проекте.

Я занимаюсь журналистикой, так же, как и музыкой уже не в первом поколении в семье: журналистикой занимался мой отец Валерий Ганчиков- инженер и художник и моя мать, музыкант, Виктория Ганчикова- Матисен.

Папа писал на технические темы и о Франции, а мама об искусстве и музыке. Огромное количество их публикаций утонули вместе с исчезнувшими изданиями "Общая газета" и "Русская мысль", новый владелец которой уничтожил старый сайт с многолетними архивами. Родители оставили после себя гигантское количество аудио записей интервью с интересными людьми, многих из которых уже нет в живых.

Я продолжаю их дело. Кроме того у меня есть привычка, прежде, чем начинать оформлять статью для печати, записывать все свои соображения на диктофон. При обработке очень часто текст полностью трансформируется и пропадает спонтанность и детская непосредственность. Сначала была идея расшифровать некоторые интервью и беседы и издать книгу, но в сутках 24 часа, а я играю на рояле, сочиняю музыку и учу играть и сочинять моих учеников, кроме того ещё публикую рецензии на парижские культурные события. Времени на такую грандиозную работу с текстами нет. Я решила, что оптимальным решением будет цифровка записей и выкладывание их в интернет прямо в оригинале. И самая удобная форма для этого- подкаст.
И вот я здесь с вами, дорогие будущие слушатели. Поскольку в архиве есть много видеоматериалов, то их вы найдёте на моём канале в Ютюб, куда ведёт ссылка с этого подкаста.
Желаю вам всем интересного времяпрепровождения и счастливых праздников!

Piano

Встреча композитора Яниса Ксенакиса с московскими композиторами.

Ну, вот, друзья, как говорится "мужик сказал- мужик сделал". Вот Вам очень интересный исторический документ: встреча знаменитого композитора Ксенакиса с московскими композиторами. Надеюсь, что это полуторачасовое видео окажется полезным музыковедам, изучающим творчество Ксенакиса, молодым композиторам и интересующимся меломанам.
Сначала, как видите, он отбрыкивается, посматривает на часы и всех посылает читать его англоязычную книгу, а потом расслабляется, втягивается в разговор и начинается настоящий поток сознания.
Благодаря "мозговому штурму" лучших композиторских, теоретических и музыковедческих голов (слышны, например, вопросы Дмитрия Ухова, Альберта Семёновича Лемана, Олега Борисовича Галахова- остальные голоса, я надеюсь, мы распознаем совместными усилиями), беседа получилась невероятно содержательной.
Я максимально старалась, чтобы перевести и вопросы и ответы как можно точнее. Там идёт интереснейший разговор о технологии, этике и эстетики нашей профессии. Углубляются они во все эти вопросы максимально.
Может быть кто-нибудь узнает свой голос? Я вот явственно слышу голос Лемана.
Заодно и повеселитесь над тем, как мне пришлось спасать ситуацию, поскольку официальная переводчица не понимала ничего, но пыталась вместо перевода выкручиваться и нести околесицу. Два дня подряд: сначала здесь, а на следующий день на встрече со студентами и профессорами консерватории. Правда, там Александр наш Сергеевич убрал её со сцены в пять минут и вытащил меня переводить из того последнего ряда, где я старательно пряталась за спиной Холопова.
Это уточнение тем, кто в мае кричал: "Ачётакова я тоже миллион раз помогал с переводом".
Или наоборот сначала была консерватория, а на следующий день Союз Композиторов- ветераны вспомнят лучше меня, я не помню в каком порядке дело было.
В результате гонорар заплатили переводчице, публикация в консерваторском сборнике вышла под совсем другой фамилией, а меня постарались забыть :) :) :)

Piano

"Eugène Onéguine" au Grand Théâtre de Genève. «Евгений Онегин» в Большом театре Женевы

Оригинал взят у elegantchikova в "Eugène Onéguine" au Grand Théâtre de Genève. «Евгений Онегин» в Большом театре Женевы


L'article publié au OperaNews.ru

«Евгений Онегин» в Большом театре Женевы

«Евгений Онегин» в Большом театре Женевы
Оперный обозреватель
20 октября 2014
957 0




Постановку «Евгения Онегина» канадского режиссёра Роберта Карсена, (возобновление спектакля Метрополитен 1997 года), швейцарские любители оперы могли увидеть с 9 по 19 октября, на сцене Большого театра Женевы. Нам было интересно вникнуть в происходящее, поскольку в этом сезоне Роберт Карсен реализует в Большом театре в Москве свою версию «Риголетто» Верди, уже обнародованную на фестивале в Экс-ан-Провансе во Франции и в Большом театре Женевы.

Сразу могу сказать, что постановка «Евгения Онегина» исключительно удачна во всех отношениях: режиссерская работа, сценография и костюмы (Майкл Ливайн), свет, исполнители. Она стала весьма приятным сюрпризом для зрителей, истерзанных экспериментами режиссерской оперы.



Элегантный, интеллигентный, уважающий авторский текст и очень хорошо слышащий музыку, Роберт Карсен решил постановку одновременно современно и деликатно. Нигде не было никаких экстравагантностей, противоречащих тексту, никаких искажений или выпячивания себя вразрез замыслу композитора. С первого до последнего момента весь зрительный ряд гармонировал с текстом, музыкой, эпохой и духом шедевра Пушкина и Чайковского. Освобождённый от излишеств декораций, светлый куб, ограничивающий сценическое пространство сзади и с боков, залит светом, чей цвет и насыщенность меняются в зависимости от времени суток и эмоциональной атмосферы. Начинается опера солнечным осенним днём, сцена засыпана осенними листьями. Сцена письма Татьяны начинается на фоне ночного неба и луны, а заканчивается восходом солнца. Сцена дуэли Ленского и Онегина происходит в предрассветном тумане. Эти смены времени суток и погоды вообще очень важны в произведениях русских поэтов, но впервые я вижу, чтобы западный режиссёр обратил на это столь пристальное внимание и создал такой сильнодействующий сценический эффект.

На просторной и открытой сцене очень рельефно видны подробнейшим образом разработанные и щедро сшитые костюмы всех участников, включая хор. Костюм каждого артиста настолько детально продуман и тщательно сделан, что получился прямо-таки экскурс в историю русского светского и деревенского костюма 19 века. Это интересно и с зрелищной и с исторической точки зрения. Сцендвижение хоровых масс, которое всегда создаёт дополнительную сложность для постановщиков русских опер, тоже было решено живо, разумно и без излишней суеты. С зрительской точки зрения вся постановка только радовала и ни на секунду нигде не вызвала никакого отторжения. Роберт Карсен, чей талант и профессионализм широко востребован на мировых театральных и оперных сценах, особенно элегантно умеет работать с пространством, благодаря чему такие парижские музеи, как Большой дворец и музей д’Орсе заказывают ему создание экспозиций.



Вернёмся к «Онегину». Огромная удача этой постановки в выборе дирижёра: Михаила Юровского. Я уже писала о работе этого большого мастера в «Хованщине» Парижской оперы в прошлом сезоне. Вряд ли в наше время другой дирижёр в Европе лучше Юровского справится с русской оперой. Из всего, что я здесь слышала, это лучший оперный дирижёр русского репертуара. Совершенно не собираюсь его сравнивать с его сыновьями, которые тоже часто дирижируют русской оперой: сыновья молодые и горячие, а отец - последний из Могикан. Это совершенно разные измерения. Я подошла к нему после спектакля, чтобы задать несколько вопросов, и он настолько точно формулирует свои мысли, что в двух словах сразу понятна вся суть. Михаил Владимирович объяснил все следующим образом: надо решить две основные задачи этого опуса. Во-первых, в «Евгении Онегине» нет стабильных темпов и их смены, а есть постоянное рубато. И на этом рубато нужно собрать солистов, хор и оркестр. А во-вторых, это почти камерное произведение: Чайковский называл его не оперой, а лирическими сценами, а Станиславский ставил в студии, а не на большой сцене. Что касается рубато в такой огромной махине, то это получилось очень естественно. Всё дышало, фразировки и оттенки были очень органичными, тонкими и изысканными, и слушалось всё на одном дыхании. Как всегда у Юровского, форма сцементирована, нигде не провисает, не разваливается и при этом никто никуда не торопится. Баланс внутри оркестра и между оркестром и солистами идеален. Одно слово - Мастер. То, что он делает, нужно слышать живьём. Оркестр в его руках звучит очень послушно и гибко, как единый инструмент.

Что касается певцов, то состав тридцатилетних, выглядящих двадцатилетними, был набран в бывших советских республиках. Прямо в духе интернациональной дружбы, литовский Ленский, латышская Татьяна и украинский Гремин, удивляли чистотой русского произношения и знанием культуры.



Единственной русской во всём составе оказалась меццо из Мариинского театра, лауреат нескольких международных конкурсов, красавица Ирина Шишкова, исполнявшая партию Ольги. С тех пор, как она дебютировала в 2008 году в Новосибирском оперном театре в партии Кармен, в её репертуаре все основные меццо-сопрановые партии. Её голос звучит изумительно, передаваемые чувства органичны, и Ольга в её исполнении получилась гораздо более интересной личностью, чем по определению Пушкина – «эта глупая луна на этом глупом небосклоне». Роль свою она подготовила в Академии Мариинского театра и видна очень подробная и вдумчивая работа над образом в лучших питерских традициях.

Латышская сопрано Майя Ковалевска, после обучения в Италии у Миреллы Френи давно уже украшает лучшие оперные сцены, начиная с Метрополитен, где она выступает регулярно, и заканчивая Зальцбургским фестивалем, Токио и самыми престижными американскими и европейскими театрами. С Ириной Шишковой их сближает как портретное сходство – их действительно можно принять за сестёр, что и требуется по сюжету, – так и общее понимание оперы Чайковского и пушкинской эпохи.

Что действительно порадовало в исполнении партии Татьяны, так это очень красивые фразировки и очень проникновенная эмоциональность героини. Майя Ковалевска искренне сливается с образом своей героини, и в её исполнении нигде нет ощущения искусственности или ходульности. Это одна из лучших Татьян, которых я слышала.

Ещё одним очень приятным и радостным открытием стал для меня в этой постановке прекрасный литовский тенор Эдгарас Монтвидас. Уже с 2001 года он присутствует на мировых сценах, специализируясь, так же, как и Майя Ковалевска, в основном на итальянском репертуаре. Кстати это очень интересный экперимент, слушать русскую оперу в исполнении певцов, поющих русский репертуар гораздо реже, чем их коллеги, постоянно живущие в России. Итальянский репертуар формирует совсем другую фразировку и звукоизвлечение, и после него возврат в русскую музыку даёт очень интересное звучание. У Эдгараса Монтвидаса благороднейшее звукоизвлечение. В нём совсем отсутствуют надрывные или блеющие ноты, которые так раздражают у теноров. Его голос звучит, как струнный инструмент. Монтвидас в разговоре после спектакля рассказал, что партию Ленского подготовил ещё в годы обучения в Академии музыки и театра Литвы со своим профессором Виргилиусом Норейкой, который сам был постоянным исполнителем этой партии.



Ленский у Эдгараса Монтвидаса получился не просто искренним и убедительным, а прямо-таки душераздирающим не по манере исполнения, а по эффектам, производимым на публику. В ариях на балу и перед дуэлью, я сама чуть не зарыдала. Он заставил забыть об условностях театра и жанра и достучался до души слушателей. Кроме того у него совершенно идеальная внешность для этой роли: лёгкий, изящный, стройный, высокого роста, с тонкими и правильными чертами лица, выглядящий совсем юным, будучи уже зрелым артистом. Потрясающий Ленский. Хочется надеяться, что на эту роль его ещё неоднократно будут приглашать и хочется его услышать как можно в большем количестве постановок.

А вот единственным слабым звеном постановки оказался исполнитель партии Онегина, венгерский баритон, выросший и живущий в Германии, Микаэль Наги. Преуспевающий певец, специализирующийся на немецком и итальянском репертуаре, часто исполняющий Вагнера, он старался изо всех сил. Проблема в том, что изначально, по природе своей он очень далёк и от русского языка и культуры, и от персонажа Евгения Онегина. Для того чтобы преодолеть эту огромную дистанцию, понадобятся ещё большие дополнительные усилия, поскольку на данный момент Наги находится ещё на полпути к партии, и по сравнению с остальными исполнителями, имеет довольно-таки бледный вид. Начать с произношения. Сложно слушать дуэт Ленского и Онегина, в котором речь Ленского прослушивается, а для того, чтобы догадаться, что хочет сказать Онегин, нужно обращаться либо к своей памяти, либо лихорадочно переводить английскую бегущую строку на экране, обратно на русский язык. Певцы с кашей во рту уже давно вышли из моды, а когда, наконец, удаётся расслышать о том, что «себья заньять я не сумьел» это не вызывает никакого сочувствия.



В плане звукоизвлечения, Микаэль Наги не представляет себе, чем отличается Вагнер от Чайковского и всю роль поёт напористым одноплановым звуком без оттенков, как будто ему нужно перекричать оркестр и докричаться до галёрки. Какая уж тут камерность, рубато и фразировка, которой стремился добиться Михаил Владимирович Юровский. На исполнителе Онегина все эти благие намерения «отдыхают». Что касается проникновения в роль, то для венгерского баритона персонаж российского дворянина оказался абсолютно закрыт и непонятен. Он не понимает Онегина и не старается понять. Он его как-то примитивизирует. В начале он у него слишком холодный, а в конце горячий, сначала равнодушный, а в конце страстный. Но ни то не другое для роли напрямую не годится. Дух аристократизма и благородства, которым проникнута вся постановка, в его персонаже напрочь отсутствует. Дворянин 19-го века – это джентльмен высочайшей пробы возведённый в степень. Никогда ни при каких обстоятельствах и ни при каких порывах страсти он не будет терять человеческий облик, топтаться вокруг дамы на негнущихся ногах, расставленных циркулем, липко и упорно хватать её за всякие места и ползать по сцене. Любая женщина в такой ситуации мужчину с себя стряхнёт. Но ведь у Пушкина и Чайковского психологизм ситуации гораздо тоньше. Благородный русский дворянин старого времени должен в своей жестикуляции чем-то отличаться от маньяка в лифте.



Последняя дуэтная сцена оставляет его персонаж на виду слишком долгое время. Если артист при этом совершенно не знает, что делать с руками и ногами и чью роль он вообще воплощает, то имеет он вид неуклюжий, нелепый и жалкий, но совсем не трагический. Жаль, что ключевая, заключительная сцена оперы оказывается из-за этого совершенно смазанной.

Однако, учитывая потенциальные данные Микаэля Наги из него в конце концов может получиться Онегин, однако для этого нужно понять, что такое Пушкин, его эпоха, что такое российское дворянство 19-го века, кто такой Онегин и как должна звучать его партия. Ну и почистить русское произношение.

Там не менее общее впечатление от спектакля – очень положительное.

Elena GANTCHIKOVA Paris- Genève

Фото: GTG / Carole Parodi